Закон об НПО прошел через обсуждение в Халық Кеңесі: войдут ли предложения в итоговый текст?
В Казахстане разрабатывается новый закон, регулирующий деятельность неправительственных организаций. Но нынешнее обсуждение имеет важную особенность – наряду с представителями гражданского сектора в нем приняли участие члены Қазақстан Халық Кеңесі. Қазақстан Халық Кеңесі – высший конституционный консультативный орган. Поэтому главный вопрос заключается уже не в самом факте проведения очередного круглого стола. Гораздо важнее другое – какие именно предложения прозвучали, какие из них войдут в окончательную редакцию закона и сможет ли общество увидеть конечный результат этой работы? Вопросы совершенствования законодательства в сфере деятельности неправительственных организаций рассмотрели на круглом столе с участием членов Қазақстан Халық Кеңесі и представителей НПО, сообщает информационное агентство Halyq-kenesi.kz со ссылкой на пресс-службу Министерства культуры и информации Республики Казахстан.
Обсуждение приобретает особое значение с учетом конституционного статуса и полномочий Қазақстан Халық Кеңесі. Совет уже получил серьезные инструменты влияния на государственную повестку. Теперь ключевой вопрос – насколько эти возможности будут проявляться в конкретных законах и государственных решениях.
Что может измениться в законе об НПО?
Участники круглого стола обсудили основные положения проекта Закона Республики Казахстан «О неправительственных организациях», а также предложения представителей гражданского сектора. Особое внимание было уделено совершенствованию правовых механизмов взаимодействия государства и неправительственных организаций.
Для Халық Кеңесі эта тема имеет непосредственное значение. Сам Совет сформирован по принципу трех равных направлений представительства. Из его 126 членов 42 представляют этнокультурные объединения, еще 42 – общественные объединения и иные некоммерческие организации, 42 – маслихаты и региональные общественные советы.
Подробнее принцип формирования органа раскрывался в материале о сбалансированности представительства в Халық Кеңесі, а полный состав Совета доступен на отдельной странице.
Таким образом, закон об НПО непосредственно затрагивает значительную часть сектора, представленного внутри самого Халық Кеңесі. Ранее Halyq-kenesi.kz уже ставил вопрос – сможет ли структура из 126 членов превратить голос общества в реальные решения.
Теперь обсуждение нового закона об НПО может стать одним из практических тестов такого влияния.
Предложения сформулированы. Что будет дальше?
По итогам встречи участники сформулировали предложения по дальнейшей доработке законопроекта. Как сообщается, они будут рассмотрены в ходе последующей работы над документом.
Но именно здесь начинается самое важное. Какие конкретно предложения поступили? Какие из них войдут в законопроект? Какие будут отклонены? И будет ли обществу объяснено, почему та или иная инициатива не была поддержана?
Для высшего конституционного консультативного органа недостаточно просто сформулировать рекомендацию. Обществу необходимо понимать и ее дальнейшую судьбу.
Эта проблема уже поднималась редакцией в материале «Министр вправе сказать „нет“. Но вправе ли он не услышать Халық Кеңесі?».
Если государственный орган не принимает рекомендацию Совета, возникает следующий вопрос – обязан ли он публично объяснять причины? Это напрямую связано и с проблемой подотчетности нового института. Ранее Halyq-kenesi.kz подробно анализировал ее в публикации «Халық Кеңесі: полномочия есть, а перед кем отчет?».
Это закон не только об организациях, но и об отношениях государства с обществом
Разработка закона ведется во исполнение поручения Главы государства, данного 14 марта 2025 года на заседании Национального курултая.
Предмет нового регулирования – неправительственные организации, то есть один из важнейших элементов гражданского общества. Однако отношения государства и НПО не сводятся лишь к вопросам финансирования, грантов или государственного социального заказа.
Неправительственные организации участвуют в общественном контроле, поднимают социальные проблемы, представляют интересы различных групп граждан, реализуют общественные проекты и становятся каналом обратной связи между человеком и государством.
Сама архитектура Халық Кеңесі также строится на включении гражданского сектора в систему общественного представительства. Именно поэтому обсуждение закона об НПО с членами Совета выглядит закономерным.
Но важнее, чтобы Халық Кеңесі не оставался стороной, которую лишь приглашают на обсуждение. Он должен превращать предложения гражданского сектора в системный, аргументированный и юридически проработанный пакет рекомендаций.
Этой задаче должна служить и работа отраслевых механизмов Совета. Ранее редакция поднимала вопрос – не окажется ли комиссий больше, чем реальных решений.
При этом руководители и составы постоянных комитетов Қазақстан Халық Кеңесі уже утверждены.
Теперь значение этих структур будет определяться не количеством заседаний, а тем, сколько общественных инициатив они смогут провести от обсуждения до конкретного решения.
Не потеряется ли голос гражданского сектора?
Обсуждение закона об НПО напрямую связано и с более широким вопросом о будущем институтов гражданского участия.
Ранее Halyq-kenesi.kz задавал жесткий вопрос – общественные советы будут говорить от имени народа или повторять то, что удобно системе?
Суть проблемы остается прежней. Институт гражданского общества должен только разъяснять населению уже принятые государством решения? Или он должен иметь возможность самостоятельно формулировать общественный запрос и добиваться того, чтобы этот запрос был услышан государством?
Не менее серьезен риск формализма. Этой теме посвящен материал «Не увязнут ли общественные советы снова в формализме?».
Новый закон об НПО должен дать ответ и на эти вопросы. Если меняется правовая база гражданского сектора, должны стать понятнее и эффективнее механизмы его участия в принятии решений, общественном контроле и взаимодействии с государственными органами.
В противном случае в стране появится новый закон, но сама модель отношений между государством и гражданским обществом практически не изменится.
Орган с правом законодательной инициативы участвует в обсуждении закона
Есть еще одно обстоятельство, которое делает нынешнее обсуждение особенно важным.
Қазақстан Халық Кеңесі – высший конституционный консультативный орган, обладающий правом законодательной инициативы. То есть Совет может в установленном порядке вносить законопроекты на рассмотрение Құрылтая.
Политическое значение этого механизма ранее анализировалось в материале о переходе от общественного контроля к реальному законодательному влиянию.
Редакция также ставила принципиальный вопрос – «Халық Кеңесі получил право предлагать законы. Но чьи интересы они будут выражать?».
В данном случае важно не смешивать понятия. Нынешний законопроект не внесен самим Қазақстан Халық Кеңесі. Члены Совета приняли участие в его обсуждении и сформулировали предложения по дальнейшей доработке документа.
Но именно дальнейшая судьба этих предложений и покажет реальный вес нового института. Если высказанные членами Совета и представителями НПО замечания отразятся в окончательном тексте закона, появится конкретный пример участия Халық Кеңесі в законодательном процессе. Если же все завершится только протоколом круглого стола, возникнут совсем другие вопросы.
Президент Касым-Жомарт Токаев, выступая на первой сессии Қазақстан Халық Кеңесі, обозначил значительно более высокие ожидания от нового органа.
От членов Совета также ожидается конкретная работа в интересах государства и общества. Об этом подробно говорилось в материале «Честно служить интересам страны»: чего Президент ожидает от членов Халық Кеңесі.
От обращения гражданина до государственного решения
Одна из заявленных функций Халық Кеңесі – выстраивание прямой связи между обществом и государством.
При этом важен не только сам механизм приема обращений. Главное – дальнейший путь инициативы.
Ранее Halyq-kenesi.kz поднимал эту проблему в публикации «Халық Кеңесі: обращения есть, а результат?».
Если гражданин, НПО или эксперт направляет предложение в Совет, общество должно понимать, кто его получил, кто провел экспертизу, в какой комитет оно направлено, какому государственному органу передано, что ответило ведомство и, главное, чем завершилось рассмотрение.
Координация этого механизма становится одной из важных частей деятельности руководства Совета. Отдельная информация о заместителе председателя Дмитрии Останьковиче представлена на сайте Халық Кеңесі.
Одновременно важно, чтобы подобная система работала не только в столице. Региональная повестка должна без потерь доходить до республиканского уровня.
Именно об этом говорил член Совета Борис Поломарчук, призывая не просто говорить о проблемах, а выстраивать эффективную коммуникацию.
Халық Кеңесі не должен оставаться органом, который только слушает
С момента начала работы Қазақстан Халық Кеңесі общество постоянно слышит слова о диалоге, обратной связи, сборе предложений и необходимости учитывать мнение граждан.
Все это важно. Но этап одних разговоров постепенно должен заканчиваться.
Задача не только в том, чтобы услышать предложение. Задача – показать, во что оно превратилось.
Государственный советник Ерлан Карин также говорил о необходимости переходить к практической работе. Эта позиция отражена в материале «Карин: Халық Кеңесі должен перейти к конкретным действиям».
Перед новым институтом изначально поставлен широкий круг задач. Они систематизированы в публикации о стратегических задачах и вопросах, которые должен решать Народный совет.
Но общественная оценка будет зависеть не от широты этого списка. Она будет зависеть от результата.
И здесь принцип, заявленный председателем Совета Ерланом Кошановым, о том, что разные голоса не должны заглушать друг друга, приобретает вполне практическое значение.
Если представители НПО говорят о проблеме, их голос должен не просто прозвучать на заседании. Он должен быть отражен в решении.
Новый закон – тест и для самого Халық Кеңесі
Қазақстан Халық Кеңесі – высший конституционный консультативный орган.
Это определение предполагает гораздо больше, чем статус площадки для обсуждений. У Совета есть возможность собирать общественные предложения, проводить их экспертную оценку, взаимодействовать с государственными органами и при необходимости использовать законодательную инициативу.
Поэтому обсуждение проекта закона об НПО нельзя воспринимать лишь как рядовой круглый стол.
Это один из первых случаев, когда можно проследить всю цепочку – общественная проблема, обсуждение, предложение, доработка законопроекта и окончательное решение.
Именно по этой цепочке можно будет понять реальную эффективность нового института.
Халық Кеңесі уже начал формировать собственную институциональную структуру. Ерлан Кошанов избран председателем Совета, определены комитеты и направления деятельности.
При этом новый орган уже обсуждается не только внутри страны. О его месте в общественно-политической системе говорилось и в контексте международных площадок. Halyq-kenesi.kz задавался вопросом – Халық Кеңесі прозвучал на международной площадке, а где конкретный результат?.
Есть и более фундаментальный вопрос о природе нового института. Редакция подробно разбирала его в материале «Не „недомажилис“ и не „второй парламент“: чем на самом деле является Қазақстан Халық Кеңесі».
Ответ теперь должен даваться не только через нормы Конституции. Он должен даваться через практику.
Предложения прозвучали. Теперь должен остаться их след
Круглый стол состоялся. Предложения сформулированы. Сообщается, что они будут рассмотрены в ходе дальнейшей работы над законопроектом.
Теперь наступает самая важная часть процесса.
Общество вправе знать, какие конкретно предложения внесли члены Қазақстан Халық Кеңесі и представители НПО, какие из них вошли в новую редакцию законопроекта, какие предложения были отклонены, почему они были отклонены и какие реальные требования гражданского сектора в итоге нашли отражение в законе.
Если эти ответы будут публичными, станет понятнее и новая роль Халық Кеңесі в законодательном процессе.
Если же предложения останутся только в протоколе круглого стола, высокий конституционный статус сам по себе ничего не изменит.
Потому что вес высшего конституционного консультативного органа определяется не количеством высказанных предложений, а количеством предложений, которые превратились в государственные решения.
